Восстановительная андрология Великой Отечественной
в место, Где наиболее рана мучительна смертным несчастным
Гомер, "Илиада". Описание ранения в таз.
Ранения половых органов редки на войне - площадь их мала относительно площади тела, они не подвергаются такой опасности, как руки и голова (между прочим, левую кисть ранят существенно чаще правой - она выставлена вперед и не прикрыта предохранительной скобой), но 0.1% ранений, на статистике Великой Отечественной - это 15 000 раненых. Преимущественно - молодых мужчин. Подобное ранение даже больше, чем ампутация конечности, давит на психику раненых.
Разумеется, советская медицина делала все возможное для возвращения таких раненых к нормальной жизни.
Дело несколько облегчалось тем, что полная ампутация полового члена - это, как правило, сочетанное или множественное ранение, и раненый с такой травмой до госпиталя, как правило, не доезжал. У тех же, кто клинически выздоровел (клиническое выздоровление - это прекращение воспалительных процессов и заживление раны, в отличие от функционального выздоровления - возвращения к нормальной жизни), сохранялась какая-никакая основа для восстановительных операций, которые тогда назывались урологическими, а сейчас их назвали бы, скорее, андрологическими.
Восстановление уретры - отдельная и исключительно сложная задача. Кожная трубка лишь очень умеренно подходит для этой цели - не бывает кожи без волос и сальных желез, и эпителий естественным образом слущивается, грозя закупоркой и требуя регулярного бужирования.
Первоначально предполагавшаяся для использования кожа мошонки - именно вследствие оволосения - оказалась наименее пригодной. Кожа с боковой поверхности живота, при изготовлении филатовского стебля заранее сформированная в виде внутренней трубки - лучше, но тоже суррогат. К концу войны начали пробовать делать уретру из полоски слизистой, взятой в мочевом пузыре. Сложная, кропотливая операция давала интересные результаты - но у меня пока нет данных о длительных последствиях такого кунштюка.
Сам же член делался тем же филатовским стеблем, внутри которого помещали хрящ из ложного ребра. Стебель тренировали, накладывая на него жгут на все более долгое время - такая тренировка занимала до сорока дней - а потом подшивали сформированный орган на место. Как показала практика, одномоментная операция оказалась несравненно лучше с психологической точки зрения - пациенту очень не нравилось ходить "недоделанным". Более того, когда реконструкция уретры была отдельной операцией, встречались случаи отказа от реконструкции уретры в члене.
Полученная конструкция была способна к эрекции за счет уцелевших пещеристых тел, отмечалась и реакция трансплантанта - приток крови и покраснение. Искусственный орган получался вполне функциональным.
Еще более интересной практикой была пересадка трупных яичек - в случае полного разрушения собственных у раненого. Вороновская подсадка свободным трансплантантом, предсказуемо, давала лишь очень краткосрочный эффект из-за неизбежного рассасывания. Поэтому, попробовали брать яичко вместе с питающими его сосудами и пересаживать в таком виде. Пересадка в мошонку оказалась технически слишком сложной, так что остановились на внутренней поверхности бедра.
Для тканевой совместимости считали достаточной совместимую группу крови (смелые были люди, ей-богу!)
Таких операций, сколь мне известно, было проведено три.
В одном случае спустя год был констатирован полный успех - у 25-летнего майора исчезли появившиеся было признаки евнуходиности, он был бодр, энергичен, вернулся к жене.
Другой случай, как раз с пересадкой в мошонку, окончился некротизацией трансплантанта.
Третий, на момент написания статьи, еще не дал внятного результата - кровотечения их раны прекратились, и раненый отмечал несколько случаев эрекции, но до уверенного результата было еще далеко.
Гомер, "Илиада". Описание ранения в таз.
Ранения половых органов редки на войне - площадь их мала относительно площади тела, они не подвергаются такой опасности, как руки и голова (между прочим, левую кисть ранят существенно чаще правой - она выставлена вперед и не прикрыта предохранительной скобой), но 0.1% ранений, на статистике Великой Отечественной - это 15 000 раненых. Преимущественно - молодых мужчин. Подобное ранение даже больше, чем ампутация конечности, давит на психику раненых.
Разумеется, советская медицина делала все возможное для возвращения таких раненых к нормальной жизни.
Дело несколько облегчалось тем, что полная ампутация полового члена - это, как правило, сочетанное или множественное ранение, и раненый с такой травмой до госпиталя, как правило, не доезжал. У тех же, кто клинически выздоровел (клиническое выздоровление - это прекращение воспалительных процессов и заживление раны, в отличие от функционального выздоровления - возвращения к нормальной жизни), сохранялась какая-никакая основа для восстановительных операций, которые тогда назывались урологическими, а сейчас их назвали бы, скорее, андрологическими.
Восстановление уретры - отдельная и исключительно сложная задача. Кожная трубка лишь очень умеренно подходит для этой цели - не бывает кожи без волос и сальных желез, и эпителий естественным образом слущивается, грозя закупоркой и требуя регулярного бужирования.
Первоначально предполагавшаяся для использования кожа мошонки - именно вследствие оволосения - оказалась наименее пригодной. Кожа с боковой поверхности живота, при изготовлении филатовского стебля заранее сформированная в виде внутренней трубки - лучше, но тоже суррогат. К концу войны начали пробовать делать уретру из полоски слизистой, взятой в мочевом пузыре. Сложная, кропотливая операция давала интересные результаты - но у меня пока нет данных о длительных последствиях такого кунштюка.
Сам же член делался тем же филатовским стеблем, внутри которого помещали хрящ из ложного ребра. Стебель тренировали, накладывая на него жгут на все более долгое время - такая тренировка занимала до сорока дней - а потом подшивали сформированный орган на место. Как показала практика, одномоментная операция оказалась несравненно лучше с психологической точки зрения - пациенту очень не нравилось ходить "недоделанным". Более того, когда реконструкция уретры была отдельной операцией, встречались случаи отказа от реконструкции уретры в члене.
Полученная конструкция была способна к эрекции за счет уцелевших пещеристых тел, отмечалась и реакция трансплантанта - приток крови и покраснение. Искусственный орган получался вполне функциональным.
Еще более интересной практикой была пересадка трупных яичек - в случае полного разрушения собственных у раненого. Вороновская подсадка свободным трансплантантом, предсказуемо, давала лишь очень краткосрочный эффект из-за неизбежного рассасывания. Поэтому, попробовали брать яичко вместе с питающими его сосудами и пересаживать в таком виде. Пересадка в мошонку оказалась технически слишком сложной, так что остановились на внутренней поверхности бедра.
Для тканевой совместимости считали достаточной совместимую группу крови (смелые были люди, ей-богу!)
Таких операций, сколь мне известно, было проведено три.
В одном случае спустя год был констатирован полный успех - у 25-летнего майора исчезли появившиеся было признаки евнуходиности, он был бодр, энергичен, вернулся к жене.
Другой случай, как раз с пересадкой в мошонку, окончился некротизацией трансплантанта.
Третий, на момент написания статьи, еще не дал внятного результата - кровотечения их раны прекратились, и раненый отмечал несколько случаев эрекции, но до уверенного результата было еще далеко.